Дискуссия между меньшевистским журналом «Страхование рабочих» и большевистскими вопросами страхования»
99 лет назад в России был принят Закон «Об обеспечении рабочих на случай болезни». Он впервые открыл рабочим страны доступ к управлению так называемыми страховыми кассами, но сами кассы оставил под контролем фабрикантов. И вскоре за право управлять «больничными деньгами» началась жесткая борьба. Быстрая индустриализация России в конце XIX века и резко выросшая в связи с этим социальная напряженность поставили империю перед необходимостью вводить новые социальные законы.
Массовое стачечное движение и революция 1905 – 1907 годов оказались серьезным мотивирующим фактором – и в 1912 году III Государственная дума после долгих лет обсуждений приняла Закон «Об обеспечении рабочих на случай болезни». До этого в стране действовали положение 1903 года о компенсациях рабочим при несчастных случаях и закон 1866 года, требовавший от фабрикантов устраивать на фабриках бесплатные больницы для рабочих, из расчета «одно койко-место на сто человек».
Впрочем, относительно слова «действовали» можно поспорить. Но данные 1907 года, по крайней мере, применительно к закону о фабричных больницах, подтверждают, что едва ли не семьдесят предпринимателей из ста манкировали возложенными на них обязательствами.
Среди различных мер предусматривалось создание на фабриках и заводах больничных касс, по типу тех, что уже существовали в Европе и предполагали участие рабочих в управлении «больничными» деньгами.
Но далеко не всё в законе 1912 года было гладко. Российская система больничных касс отличалась, среди прочего, одной особенностью: на всех предприятиях, где численность работников превышала 200 человек, кассы привязывались к фабрике и, таким образом, оказывались в зависимости от ее владельца.
Это положение вызвало бурю критики в лагере социал-демократов, потребовавших перехода на систему местных, менее зависимых от воли работодателя касс и начавших, чтобы не допустить формирования страховых органов, удобных правительству и предпринимателям, собственную «страховую кампанию». В рамках кампании были даже заведены свои периодические издания: меньшевистский журнал «Страхование рабочих» и большевистские «Вопросы страхования».
«Весь рабочий класс взят под подозрение... Ведь рабочие пытаются использовать так называемые легальные возможности, они хотят организоваться, превращая свои бумажные права в действительные, – сетует в январе 1913 года «Страхование рабочих». – Наш полицейский аппарат чувствует свое бессилие перед открытой, массовой рабочей организацией. Самый факт существования таких организаций пахнет крамолой, потрясением основ существующего строя, но выловить ее сетями закона – дело нелегкое».
Страховые собрания и лекции среди рабочих нередко запрещали, активистов арестовывали. Власть быстро поняла, что деятельность больничных касс «идет несколько далее невинного вопроса о лужении больничных умывальников».
«Можно ли сомневаться в том, какую школу могут представлять в России больничные кассы, школу, в которой рабочие массы будут учиться отстаивать свое право изо дня в день, в которой сотни и тысячи передовых рабочих пройдут хорошую организационную выучку, – пишет «Страхование рабочих». – Эта школа будет школой классовой борьбы».
Организаторы страхового движения призывали выдавливать предпринимателей из управления кассами.
»Закон предоставляет хозяевам право отказываться от участия в управлении больничными кассами. Нужно всеми силами способствовать тому, чтобы хозяева действительно отказывались от участия в правлениях и общих собраниях больничных касс», – учили «Вопросы страхования».
Словосочетание «страховая забастовка» сейчас звучит несколько непривычно, но такие стачки были не последним аргументом в борьбе за рабочие кассы. Впрочем, далеко не везде фабричные работники поддержали кампанию.
«До сих пор наши рабочие ничем не интересуются, – жаловались «Вопросы страхования» на ситуацию, которая сложилась в Юрьеве на заводах Прохорова и Ганшина, где почти все работники отказались участвовать в выборах уполномоченных в страховые органы. – Такое отношение получилось благодаря процентным отчислениям со стороны рабочих в больничные кассы. Товарищи, пора понять свои интересы!»
Но дальнейшие события, как доказала история, оправдали предположение, что «лужение больничных умывальников» может иметь далеко идущие последствия. Александр Цветков
